«В обвинувачення криза жанру»: про російський суд над проукраїнським кримчанином Олегом Приходьком

Що не так зі звинуваченням проти Олега Приходька?

Південний окружний військовий суд Ростова-на-Донупродовжує розглядати справу проукраїнського активіста з Криму Олега Приходька. У жовтні 2019 року ФСБ Росії за підсумками обшуку звинуватила його в підготовці до терористичного акту та незаконному виготовленні вибухових речовин: за версією силовиків, активіст нібито збирався підірвати адміністрацію Сак.

Пізніше до цього додалося звинувачення в підготовці до підпалу російського консульства у Львові ‒ все це, як стверджує слідство, «з метою впливу на ухвалення органами влади Російської Федерації рішення про необхідність входження Республіки Крим до складу України». Сам Олег Приходько та його захист ці звинувачення відкидають і говорять про політичний характер переслідування. До цього активіста притягували до відповідальності в адміністративній справі за те, що він нібито «пропагує та публічно демонструє нацистську атрибутику й символіку». Про перебіг нинішніх судових засідань йшлося в ефірі Радіо Крим.Реалії.



Адвокат Назім Шейхмамбетов розповів Крим.Реалії, у чому вбачає ознаки фальсифікації російської справи проти Олега Приходька.

Сказати, що справа шита білими нитками ‒ це нічого не сказати
Назім Шейхмамбетов

‒ Коли я вивчив первинні матеріали, то тільки утвердився в цій позиції. Під час того, як сторона обвинувачення оприлюднювала свої докази, ми зафіксували ще низку ознак фальсифікації і надамо їх, у свою чергу, в дебатах. Сказати, що справа шита білими нитками ‒ це нічого не сказати. Як би не викручувалося державне обвинувачення, у них нічого не виходить. Приховані свідки ‒ криза жанру. Видно, що ці люди абсолютно не підготовлені, вони говорять щось і не можуть це підтвердити. Причому під час процесу прокурор, мабуть, зрозумів, що вони дискредитують докази обвинувачення, і відмовився від шести свідків… На обшук, коли в Олега Приходька в гаражі знайшли злощасну вибухівку, силовики приїхали відразу із вибухотехніками, а його сусідній гараж ‒ двері у двері від цього ‒ зовсім відмовилися оглядати: мовляв, цього достатньо. Але чому б не обшукати все?


Назім Шейхмамбетов

Назим Шейхмамбетов полагает, что российские силовики попросту не знали о втором гараже Олега Приходько, а сами действовали по заранее подготовленному сценарию и не сориентировались на месте. Украинское издание «Ґрати» цитирует фрагмент допроса стороной защиты оперативного сотрудника российской ФСБ в Крыму Владимира Стецика, который проводил обыск в гараже Олега Приходько, где, по версии следствия, была обнаружена самодельная взрывчатка. Адвокат задал следующие вопросы:

«Известно ли вам что-нибудь о приготовлении подсудимым теракта? Известно ли вам что-нибудь о приобретении подсудимым боеприпасов или оружия? Известно ли вам об изучении подсудимым инструкций или видео о приготовлении самодельного взрывного устройства? Известно ли вам о поиске подсудимым лиц для совершения теракта?»

​На все эти вопросы Владимир Стецик ответил: «Нет».​

Адвокат Назим Шейхмамбетов указывает и на другие нестыковки.

В телефоне содержалась переписка о «подготовке терактов». Но ответы в ней, согласно временным меткам, следуют раньше вопросов
Назим Шейхмамбетов

– На следующий день силовики вновь проводят обыск у Олега Приходько дома, но не берут с собой взрывотехника. Но почему, если, по их версии, он хранил взрывчатку? Также в ходе обыска у него обнаружили четыре выключенных мобильных телефона, но сотрудник ФСБ изъял только один. Во время дачи показаний в суде он заявил, что ни один из них не включал, а каким-то образом визуально определил, что ему нужен именно этот. И по невероятному совпадению именно в этом телефоне содержалась переписка о «подготовке терактов»! Но самое вопиющее, что ответы в ней, согласно временным меткам, следуют раньше вопросов! Мы считаем это категорическим доказательством того, что переписка сфальсифицирована. Видимо, у тех, кто это сделал, произошел технический сбой, который и вызвал отставание.



Завантажити відеосюжет на комп'ютер:

По словам Назима Шейхмамбетова, защита заявила ходатайство о том, чтобы суд истребовал у мобильных операторов все технические сведения об этой переписке.

– Нам кажется, что проверка местоположения докажет: этот телефон не хранился дома у Олега Приходько до того, как был найден силовиками при обыске… Вообще, складывается впечатление, что это дело призвано дополнить красками следующую картину: мол, в Крыму все хорошо, строятся дороги, мечети, церкви, украинские и крымскотатарские центры, но отдельные маргинальные элементы из числа крымских татар, украинцев, «националистов» якобы все портят. А как именно представить это в материалах дела, никто и не заморачивается.

Между тем российский суд, в котором рассматривается это дело, по ходатайству адвоката обязал администрацию СИЗО-1 Ростова-на-Дону, где содержат Олега Приходько, передать посылку с лекарствами для крымчанина. Как отметила защита, крымчанин страдает заболеваниями мочеполовой системы, а медикаменты, отправленные ему женой, переданы не были, несмотря на то, что он имеет право на посылки и оказание медицинской помощи. Глава Крымской правозащитной группы Ольга Скрипник утверждает, что в этом изоляторе сложились крайне неблагоприятные для здоровья заключенных условия.

– В условиях эпидемии коронавируса их не обеспечили средствами защиты. В лучшем случае заключенным давали маски во время этапирования на судебные заседания, а уже там они не получали никаких средств. Вторая проблема – ограниченные возможности общения с адвокатом. Для этих целей выделили специальные помещения, где разговаривать можно только через стекло и под надзором администрации, что нарушает принцип конфиденциальности. Передачи в СИЗО очень сильно ограничили, и те, кто страдает от различных заболеваний, не получают нормальных продуктов питания и лекарств – так что лучше им точно не станет. Врач и так их нормально не осматривает, а тут еще ограничения из-за эпидемии коронавируса. В лучшем случае по любому поводу заключенным дают анальгин, и на этом все. Мы направили все эти сведения в Совет Европы.


Ольга Скрипник

Кроме того, правозащитники предложили украинскому МИДу включить пункт о нарушении Россией прав заключенных крымчан в проект новой резолюции Генассамблеи ООН.

Ранее в эфире Радио Крым.Реалии журналист и главный редактор издания «Ґрати» Антон Наумлюк высказал мнение о сходствах дела Олега Приходько с другими политическими преследованиями в Крыму.

«И в деле Олега Сенцова и его группы, и в деле Владимира Балуха, и в деле Приходько есть обнаруженные при обыске взрывчатые вещества. У Сенцова это были части пистолета и гранаты, у Балуха и Приходько – взрывчатка. Все трое отрицали, что это принадлежит им, и утверждали, что сотрудники ФСБ подбросили улики во время обысков. В общем-то прямых доказательств – отпечатков пальцев, следов ДНК – которые бы напрямую связали обвиняемых с этими предметами, в суде так и не представили. Это технические сходства, приоткрывающие завесу над методиками спецслужб. С идеологической точки зрения, все уголовные дела такого характера преследуют цель не только устранить конкретных людей с активной проукраинской позицией, но и создать соответствующий информационный контекст. Так, Олег Сенцов олицетворял «националистов», которыми Россия пугала крымчан в 2014 году».


Антон Наумлюк

По мнению Антона Наумлюка, Владимир Балух и Олег Приходько в глазах российских властей олицетворяют собой демонстративное несогласие с их присутствием на полуострове: «Они говорят на украинском, они не принимают российское гражданство, которое им пытаются навязать». При этом с подобным мирным протестом российские власти борются как с экстремизмом и терроризмом, заключил журналист.

(Текст подготовил Владислав Ленцев)

Джерело

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *